Izmail Ivanovich Sreznevskiy

Written by Н.С. Гусев
Izmail Ivanovich Sreznevskiy Izmail Ivanovich Sreznevskiy

1812–1880

Измаил Иванович Срезневский – один из основоположников российской славистики, славянорусской палеографии, диалектологии, учитель, воспитавший блестящее поколение славистов второй половины XIX в.

Статия

Измаил Иванович родился в 1812 г. в Ярославле. Его предками были священники, но отец уже стал профессором Харьковского университета по кафедре российского красноречия и поэзии. В четырнадцать лет Срезневский поступил в этот университет на юридический факультет, в 1829 г. его окончил, а в 1835 г. защитил диссертацию и вскоре стал преподавать на кафедре политической экономии и статистики. Но его с детства тянуло к литературе и фольклору. Он собирал фольклорный материал и еще в юности подготовил издание сборников «Украинский альманах», «Запорожская старина» и «Словацкие песни», которые записал у торговцев-словаков. Его достижения были замечены, и в 1837 г. он одним из первых получил приглашение отправиться в славянские земли для приготовления к только что открывшейся кафедре истории и литературы славянских наречий. Основое внимание следовало сосредоточить на практическом изучении языков, образа жизни, нравов и обычаев, фольклора, летом путешествовать по стране, а зимой – заниматься библиотечной работой.

В 1839 г. Срезневский выехал из Харькова. Через немецкие земли, где познакомился с маститыми филологами и лингвистами, он прибыл в Прагу. Здесь он завязал отношения с П.Й. Шафариком, Й. Юнгманом, Ф.Л. Челаковским, Ф. Палацким и на долгие годы стал близким другом с В. Ганкой. В ходе той же поездки российский ученый посетил лужицких сербов, подробно изучив их язык и быт. Благодаря своему труду «Исторический очерк серболужицкой литературы», он на долгие годы стал открывателем этого народа для широких масс, а самим лужицким сербам, как они признавали, «пособил и советом, и собственным трудом» в составлении национальной азбуки.

В 1841 г. Срезневский отправился в поездку к южным славянам. Путь лежал через Словакию, где русский ученый сдружился с горячим сторонником независимого словацкого языка Л. Штуром. Прибыв в Любляну, а затем и в Марибор, Измаил Иванович стал активно изучать язык и фольклор словенцев, посещая кофейни, кабаки и базары. Это и тесное взаимодействие с местными учеными позволило ему составить очень точную и первопроходческую классификацию словенских диалектов, опубликованную в работе «О славянских наречиях». Посетил Срезневский также Сербию, Хорватию и Черногорию, а осенью 1842 г. вернулся в Харьков и занял профессорскую кафедру.

В своих лекционных курсах о «западных славянах северной и южной отрасли», которые сразу же приобрели популярность, он призывал слушателей: «Мы должны любить и уважать славянство во всем его объеме, потому что мы славяне». За годы работы в Харькове Срезневский частично обработал собранный в поездках материал и опубликовал статьи, в которых заявил о себе как об основоположнике ряда славистических дисциплин в России (например, диалектологии, мифологии, этнографии). Маститые ученые-современники отмечали заслуги молодого исследователя в сфере этнографии и диалектологии, студенты восхищались его лекциями. И за работу «Святилища и обряды языческого богослужения древних славян по свидетельствам современным и преданиям» в 1846 г. Измаил Иванович первым в России получил степень доктора славяно-русской филологии. Однако Срезневского его положение в Харькове разочаровывало – он не замечал у студенчества интереса к вопросам, связанным с культурным возрождением южных и западных славян.

После смерти П.И. Прейса в 1846 г. освободилась славянская кафедра в Петербургском университете, и в 1847 г. Срезневский занял ее. Но уже чувствовалось приближение того периода русской истории, что современники окрестили «мрачным семилетием» (1848–1853). В 1847 г. было разгромлено «Кирилло-мефодиевское общество», основанное на демократических и панславистских идеях. Министерство народного просвещения выработало циркуляр, где преподавателям славяноведения предписывалось особое внимание уделять русистике и на ее основе воспитывать патриотизм у студентов.

Измаил Иванович сумел приспособиться к новым условиям и уже в 1849 г. выступил с блестящей лекцией «Мысли об истории русского языка и других славянских наречий», где наметил новое направление своих исследований, отходя от фольклорных и этнографических изысканий. С этого момента славистика оказалась для него на втором плане, тем не менее не исчезнув из сферы научных интересов.

Претерпел изменения и читаемый им курс по славяноведению. Ранее отдельно изучались язык, литература, история и этнография каждого народа, теперь же славяне стали рассматриваться в совокупности, с включением в курс восточной ветви (русских, украинцев и белорусов). Со временем, видимо, И.И. Срезневский остывал к преподавательской деятельности, поскольку сохранились довольно противоречивые воспоминания о его выступлениях перед студентами. Лингвистика как таковая, как представляется, его не занимала, он «расцветал» перед аудиторией, рассказывая о славянских литературах и ее главных деятелях, о своих поездках в славянские страны. В то же время он привлекал к научной работе своих учеников, среди которых были будущий писатель Н.Г. Чернышевский и будущий критик Н.А. Добролюбов, а ряд его студентов определил облик следующего этапа развития славяноведения – В.И. Ламанский, П.А. Лавровский, А.Н. Пыпин, В.В. Макушев, И.А. Бодуэн де Куртенэ. Пристальное внимание к палеографии – науке об особенностях начертания письменных символов и их изменении, он прививал студентам и учил их этому на практике, опубликовал учебное пособие по предмету. Современники по праву считали его лучшим специалистом в данной области.

Сам Срезневский в это время активно работал над древнерусскими и старославянскими рукописями. Вышли его обзоры древних памятников русского языка, памятников письма и языка «юго-западных славян», юсового письма, глаголических памятников, он доказал чехоморавское происхождение «Киевских глаголических листков». Срезневский активно публиковал древние рукописи, чем внес немалый вклад в создание научной базы для изучения старославянского и древних славянских языков. Самым же масштабным его делом стало создание словаря древнерусского языка, который в трех томах увидел свет уже после смерти ученого.

Научные успехи и таланты Срезневского были отмечены избранием в члены Императорской академии наук, Русского географического и археологического обществ, он стал редактором «Известий Отделения русского языка и словесности» Академии наук. На страницах этого журнала Измаил Иванович опубликовал большое количество рецензий и заметок о новейшей славистической литературе, с середины 50-х до середины 60-х гг. он отреагировал в «Известиях ОРЯС» на 543 издания. В выборе обозреваемых работ сказывались научные интересы редактора – большинство книг касались языков, меньшая часть – истории и этнографии славян. Несмотря на это, журнал на долгие годы стал ориентиром славистов в мире профессиональной литературы. Хотя и не удалось наладить масштабное и систематическое взаимодействие с зарубежными учеными, в журнале приняли участие П.Й. Шафарик, Ф. Цейнова, С.И. Веркович, жившие в России болгары С.Н. Палаузов, Н. Геров и др.

В то же время высокое положение Срезневского, должность декана историко-филологического факультета требовали от него определенной лояльности властям. Измаил Иванович соответствовал своему статусу, хотя в молодости его отличали иные взгляды. В юности он придавал большее значение малоросскому и словацким языкам, в зрелом же возрасте утверждал, что «нет никакой нужды уничтожать или прекращать письменность этих наречий, но нет необходимости делать эту письменность самостоятельной, принадлежащей как бы отдельному народу». Со временем он отошел и от поддержки идеи славянской взаимности, мысли о вкладе как больших, так и малых народов в мировую культуру, и не одобрял своих учеников, следовавших этой парадигме. Лишился он и демократического романтизма в своем мировоззрении. Так, исполняя обязанности ректора, в 1861 г. Срезневский поддержал жесткие действия властей по подавлению студенческих беспорядков. По всей видимости, его монархические убеждения были искренними, но менялась сама Россия, и уже в эпоху великих реформ (1860–1870-е гг.) многие его взгляды выглядели архаичными, в силу чего он терял контакт со студенческой аудиторией.

Ложным оказался и ряд утверждений Срезневского, хотя и при его жизни возникали работы, опровергающие заключения Измаила Ивановича. Так, он считал, что кириллица возникла раньше глаголицы, до конца жизни защищал подлинность Рукописей Краледворской и Зеленогорской. В последнем случае, видимо, сыграла свою роль и дружба с автором этих подделок В. Ганкой.

Умер И.И. Срезневский 9 (21) февраля 1880 г., и согласно завещанию был похоронен в селе Срезнево Рязанской губернии – селе, где долгие годы приходскими священниками служили предки Измаила Ивановича.

Однако дело ученого продолжили его дети. Трое из них стали филологами-специалистами по истории русского языка, двое – членами-корреспондентами Академии наук. Их вклад в науку, конечно, уступал отцовскому. Помимо уже озвученных свершений в изучении старославянских и древнерусских письменных памятников, Измаил Иванович обладает заслугами почти в каждой страноведческой отрасли славяноведения. Болгаристы благодарны ему за «Очерк книгопечатания в Болгарии» (1846), в котором было охарактеризовано состояние болгарской литературы. Для сербистов большое значение имеет биография Вука Караджича, создателя сербского литературного языка (1846). Словенцам Срезневский оставил классификацию словенского языка (1841, 1845). Созданные им очерки о славянских литературах («Литературное оживление западных славян» (1846), «Взгляд на современное состояние литературы у западных славян» (1847)) длительное время сохраняли свое значение. Открыл он для науки небольшие славянские народности (фриульских резиан и словинов, жумборских ускоков). Главная часть славяноведческого наследия Срезневского была создана еще до переезда в Петербург. Но в столичном вузе он заложил основы будущего развития науки – именно его ученики сделали вторую половину ХIХ в. золотым веком дореволюционного славяноведения.

Ученик Срезневского, с которым далеко не всегда складывались у учителя хорошие отношения, В. И. Ламанский написал в некрологе: «Один из первых насадителей славистики в России, Срезневский оставляет по себе память одного из даровитейших и замечательных славистов в Европе. В истории науки и славянской образованности имя Срезневского никогда не умрёт и в благодарной памяти потомства будет всегда вспоминаемо».

Библиография

  • Богатова Г. А. И. И. Срезневский. М., 1985.
  • Лаптева Л. П. История славяноведения в России в XIX веке. М., 2005.
  • Досталь М. Ю. О некоторых спорных моментах в биографии И.И. Срезневского. – Славяноведение, 1992. № 2.
  • Досталь М. Ю. И. И. Срезневский и его роль в истории отечественного славяноведения. – Славянский вестник, вып. 2. Москва, 2004.

×

SESDiva ERA.Net RUS Plus Call 2017 – S&T

SESDiva. Project № 156

SESDiva aims at creating a virtual museum of written culture in relation to the social, religious, cultural, and ideological environment and relations between the South and East Slavs throughout the centuries from the 11th to the beginning of the 20th century.

Duration: 2018-2020
Program: ERA.Net RUS Plus Call 2017 ‐ S&T Projects

FIND OUT MORE ERA.Net RUS Plus


TOP