Павел Ровински

Автор Никита Гусев
Павел Ровински Павел Ровински

1831–1916

Писатель, путешественник, объехавший полмира, провинциальный интеллигент с революционными взглядами, известный неакадемический славист XIX в., драгоман русского представительства в Черногории, родоначальник черногорской археологии.

Статия

Родился в небольшом селе Гусевка (ныне в Волгоградской области) в дворянской семье, учился в саратовской гимназии, где сдружился с будущим крупным славистом А.Н. Пыпиным и публицистом Н.Г. Чернышевским. Затем он поступил в Казанский университет, в котором кафедру славянских наречий возглавлял знаменитый ученый В.И. Григорович, только что вернувшийся из путешествия по славянским странам. В его доме Ровнский нередко бывал, пользовался его библиотекой и до конца жизни подчеркивал роль этого ученого в зарождении у него интереса к славянству. В 1852 г. после окончания университета Ровинский был оставлен для преподавания по кафедре славистики, однако через четыре года уволился, видимо, разочаровавшись в преподавательской деятельности.
В 1860 г. он отправился в Прагу, познакомился там с местной общественно-политической жизнью, а потом в костюме русского крестьянина начал путешествовать по чешским селам, за что был задержан австрийской полицией. По политическим причинам его выслали за пределы монархии Габсбургов. Накопленные материалы и впечатления вылились затем в ряд статей, опубликованных Ровинским в периодической печати и сочинениях на историческую тему. Несмотря на то, что последние строились главным образом на научной литературе, в них проявилось новаторство в интерпретации многих моментов чешской истории (в первую очередь гуситского движения) в модном тогда в России революционно-народническом духе. Ровинский стал членом народнического кружка «Земля и воля», и это помешало ему совершить новую поездку в славянские земли из-за запрета российских властей. Он намеревался тогда поехать в земли южных славян для того, чтобы изучить их внутреннюю жизнь, историю быта и просвещения. Но такую поездку ему удалось осуществить только через несколько лет.
В 1868 г. Ровинский прибыл в Белград в качестве корреспондента газеты «Санкт-Петербургские ведомости» и оставался в Сербии чуть больше года. Его командировка в эту страну была вызвана тем, что в 1867 г. после вывода турецких гарнизонов из крепостей княжества начал складывался Балканский союз для подготовки общего восстания против турок. «На Сербии сосредотачивались желания и надежды всего юга славянства». – именно так описывал то время сам Ровинский. Спустя годы на Балканах разразился новый кризис, и Ровинский в качестве корреспондента газеты «Новое время» снова оказался в Сербии, проведя там лето и осень судьбоносного 1878 г. Эти две поездки и увлеченность страной самого слависта имели своим результатом появление обширного корпуса текстов, в которых освещалась жизнь тогдашней Сербии. Ровинский с большим интересом и симпатией относился к сербам и даже их чересчур романтизировал. Но при этом он с сожалением констатировал то, что в истории Сербии «нет почти ни одной отрадной страницы: одна война, одни междоусобия». Потому ему казалось, что в этой стране сложился «человек вечной войны». И по этой причине, по его словам, в Сербии все – «временное, неустановившееся, всё в каком-то ожидании чего-то», и такая обстановка парализует нормальное развитие страны.
Параллельно у Ровинского возникла тяга к научной работе. Она вылилась в статью о средневековом еретическом движении богомилов в сербских землях. Здесь сразу же следует сказать о ее недостатках. Слабая изученность данной проблемы в то время, отсутствие у автора надежных источников и его чрезмерная увлеченность привели к весьма произвольной трактовке им ряда исторических фактов. Многие из предложенных ученым положений не выдержали проверки на прочность.
В 1870 г. Ровинский вернулся в Россию и отправился в этнографическую поездку по Сибири, посетил Монголию и Китай, а в 1874 г. побывал в Америке. Затем он занял пост директора колонии малолетних преступников под Петербургом, где стал применять новаторские методы воспитания, высоко оцененные современниками, в том числе и Ф.М. Достоевским. Но в 1878 г., как уже говорилось, Павел Аполлонович отправился на Балканы. Кроме Сербии, он несколько месяцев находился в только что оккупированной Австро-Венгрией Боснии и Герцеговине. В корреспонденции оттуда он знакомил русских читателей с местным населением, рассказывая как о местных славянах-христианах, так и славянах-мусульманах. Из-за разоблачительного тона репортажей Ровинского о продвижении Вены на Балканы и последовавших вслед за оккупацией репрессиях власти выслали журналиста на границу. Так волей судьбы он оказался в Черногории. Первоначально Ровинский не собирался там долго задерживаться, но заинтересовавшись жизнью черногорцев, он прожил в стране с перерывами с 1879 по 1906 г.
В начале 80-х годов XIX в. Ровинский обошел пешком Черногорию, знакомясь с её географией и народом, собирая фольклорный материал и отыскивая исторические источники в монастырях и архивах черногорских владык. Результаты своих разысканий в виде рукописи книги он представил на рассмотрение Отделения русского языка и словесности Российской академии наук. Через два года было принято решение о публикации многотомного труда Ровинского «Черногория в ее прошлом и настоящем», но его издание затянулось на много лет. Тома выходили с 1888 по 1909 г. Тем временем в 1889 г. ученый опубликовал книгу о черногорском правителе и митрополите Петре Негоше (1813–1851). А внучатый племянник этого выдающегося черногорского правителя и поэта, князь Никола предложил Ровинскому начать археологическое исследование остатков римского города Диоклеи. В течение нескольких лет, в соответствии с методами тогдашней науки, Ровинский изучал обнаруженные им древние городские постройки и граффити на их стенах.
С 1898 по 1902 г. ученый жил в родном селе, готовя к публикации очередные тома труда «Черногория в ее прошлом и настоящем». Затем он вернулся в ставшую ему родной страну в качестве драгомана русской миссии, в статусе которого пребывал до 1906 г. Благодаря связям и известности он мог оценивать реальное положение дел, оказывать влияние на черногорского монарха и помогать русским подданным в их научных и деловых поездках по стране. Один из посетивших тогда Черногорию русских путешественников оставил прекрасный словесный портрет героя данной статьи: «Представьте себе человека в поношенном сером костюме и черногорской капице (шапочке), среднего роста и худощавого. Седые волосы густо покрыли морщинистое лицо с застывшим выражением беспредельной доброты и мягкости. На носу очки в простой оправе, в которые глядят пытливые глаза с соболиными нависшими бровями. Изборожденный морщинами лоб – высок и отражает недюжинный ум, так и несокрушимую энергию. Представьте себе человека необычайной скромности и неподкупной прямоты. Это и будет П.А. Ровинский, имя которого произносится с уважением во всех славянских землях, его книга – это четырехтомный труд-памятник, значение и ценность которого можно приравнять к карамзинской истории».
В этом «труде-памятнике» автор разделил черногорскую историю на три периода. К первому он отнес эпоху Средневековья до начала XVI в. – когда эти земли входили в сербскую державу и не выделялись какими-либо отличными от сербских порядками. Второй период он назвал теократическим, установив для него хронологические границы с 1516 по 1851 г. В то время в стране оформилось не светское, а теократическое государство, в котором все властные функции сосредоточились в руках церкви. По мнению Ровинского, именно такая форма правления наилучшим образом соответствовала племенному устройству Черногории. Произошедшие после провозглашения страны княжеством перемены он оценил негативно: народ превратился в войско, что вызвало крах экономики и сделало политическую систему жесткой.
Главным достоинством его книги, не утратившей своего научного значения и сегодня, является этнографический материал. Ученый собирал его долго и тщательно, общаясь с крестьянами и вникая в их быт. Отношения русского слависта с местным населением прекрасно характеризует следующий факт: местные жители доверяли ему настолько, что приглашали его быть третейским судьей при решении своих внутренних споров и тяжб. Ровинский проникся к черногорцам большой симпатией, изображая их с известной долей романтизма. Но при этом он не скрывал и их негативные черты: пренебрежение к труду мужчин, которые предпочитали быть воинами, перекладывая бытовые заботы на плечи женщин, соблюдение обычая кровной мести и др.
Вернувшись из Черногории и осев в Петербурге, Ровинский некоторое время продолжал свои труды, но постепенно отходил от публицистики и все меньше проявлял себя публичной фигурой. Вероятно, виной тому был преклонный возраст ученого. Тем не менее он оставался крупнейшим специалистом по Черногории. Офицер Н.П. Мамонтов, посетивший Черногорию в 1909 г. и написавший о ней книгу, счел необходимым отдать ее на отзыв именно Ровинскому. В сопроводительном письме он писал, что в этой стране встречал знакомых Павла Аполлоновича повсюду, причем из их уст часто звучало его имя, всегда «произносимое с чувством самой живой к Вам любви и уважения». Балканские войны 1912–1913 гг., завершавшие процесс освобождения Балкан от власти Османской империи, породили у Ровинского замыслы новых книг и произведений, но сил на них, видимо, не хватало. От них остались лишь небольшие рукописные наброски.
В конце 1915 г. Павел Аполлонович тяжело заболел, скончавшись в январе следующего года. Его похоронили на Литераторских мостках Волковского кладбища в Петербурге. Покойного лично отпевал (что очень символично) черногорский иеромонах Мордарий, который в своем надгробном слове рассказал, как еще, будучи юношей, познакомился с ученым в Черногории.
Ровинский являлся лучшим знатоком балканских реалий начала ХХ в. Он сумел понять местные народы не по книгам, а в результате общения с живыми людьми. Многие его заключения в области истории со временем были опровергнуты наукой, но собранный им этнографический материал сохраняет свое значение и поныне. Благодаря тому, что Ровинский пешком исходил интересовавшие его страны, ему удалось проникнуть в суть менталитета жителей Балкан. Недаром почти за полвека до Балканских войн в письме другу детства профессору А.Н. Пыпину он высказал неутешительное, но точное пророчество: «Южные славяне победят турок, но побьются между собой».

Литература

  • Лаптева Л. П. История славяноведения в России в конце XIX – первой трети ХХ в. М., 2012.
  • Пахомова Л. Ю. П. А. Ровинский о мусульманском обществе на начальном этапе австро-венгерской оккупации Боснии и Герцеговины. – В: Славянский мир в третьем тысячелетии.
  • Этнические, конфессиональные, социокультурные компоненты идентичности народов Центральной, Во сточной и Юго-Восточной Европы. Москва, 2017.
  • Русские о Сербии и сербах. Т. III: Сербские сочинения П. А. Ровинского. М., 2019. [в печати]
  • Санкт-Петербургский филиал Архива РАН. Фонд 123.
  • Хлебникова В. Б. Павел Аполлонович Ровинский в Черногории. – Славяноведение, 1987, № 2.
  • Хлебникова В. Б. Ровинский как исследователь Черногории. Дисс. канд. ист. наук. М., 1986.
  • Шемякин А. Л. Сербские сочинения П.А. Ровинского (первичное осмысление и перспективы исследования). – Славяноведение, 2017. № 3.

Галерия със снимки

×

SESDiva ERA.Net RUS Plus Call 2017 – S&T

SESDiva. Проект № 156

SESDiva цели създаването на виртуален музей на писмената култура във връзка със социалната, културната, идеологическата и религиозната среда и отношенията между южните и източните славяни през вековете от XI до началото на XX век.

Продължителност: 2018-2020
Програма: ERA.Net RUS Plus Call 2017 ‐ S&T Projects

ПОВЕЧЕ ERA.Net RUS Plus


TOP